Когда вместе легче, чем одному

Очень одинокий петух. Казань, апрель 2026

Был обычный серый питерский вечер дождливый день за городом, я сделал фото и лишь доехав до дома понял, что получилась отсылка к картине Карлсона:

На большом, совершенно чистом листе в нижнем углу был нарисован крохотный красный петушок.

— Картина называется: «Очень одинокий петух», — объяснил Карлсон.

Малыш посмотрел на этого крошечного петушка. А ведь Карлсон говорил о тысячах картин, на которых изображены всевозможные петухи, и все это, оказывается, свелось к одной красненькой петухообразной козявке!

Я посмеялся и забыл, а через пару дней моя коллега выкладывает прекрасный пост про лиминальные пространства:

В нашей культуре обожают до/после. Соцсети пестрят этими видео, вот героиня рыдает на полу, а через секунду /склейка/ и она уже исцелена и успешна. Но изменения происходят не в момент рывка, они вызревают в лиминальной зоне. В той вязкой тишине, которую невозможно предъявить внешне.

И я вдруг понимаю, что на фото то самое лиминальное пространство, а у меня с ними особая связь.

Это места, где кажется, что время замерло, а людей нет: такие знакомые и такие незнакомые коридоры твоей школы поздно вечером, улицы города перед рассветом или подземные переходы метро ближе к полуночи. Места, созданные для того, чтобы их проходили насквозь, а не оставались в них.

Пространство существует, но его смысл (люди) отсутствует, что создает эффект «зловещей долины». Однако мне, как шизоиду, в этом безлюдье всегда было безопасно. Когда ты один, мир предсказуем и я привык справляться со всем в одиночку — это мой навык, мой стаж и моя броня. На главной странице этого сайта даже абзац соответствующий есть:

Так вышло, что в этой жизни я многого добивался сам: будучи студентом, самостоятельно освоил компьютер (нужно же было на чем-то дизайнерить), который сам же и купил. Затем, когда захотел стать арт-директором, ходил по агентствам города предлагая себя на эту позицию. Меня или не брали, или брали, но в качестве дизайнера, поэтому сам стал сначала арт-директором, а потом и руководителем собственной дизайн-студии, помогая продвигаться российскому бизнесу на зарубежные рынки.

Но вот проходит еще пара дней и на еженедельной супервизионной группе происходит нечто странное.

Казалось бы, у меня за плечами более 500 часов участия в группах и меня уже сложно чем-то удивить. Но именно на ней я кожей почувствовал простую истину: справляться вместе — проще. Звучит банально, но для человека привыкшего «переваривать» жизнь внутри себя, это почти революция. Я внезапно осознал, что группа — это не просто собрание людей. Это коллективный орган по обработке невыносимого. Группа оказалась чем‑то большим, чем просто встреча коллег.

Оказывается, есть другие люди. И что еще более удивительно — с ними правда легче. В одиночку ты можешь бесконечно крутить тяжелые чувства в своей внутренней центрифуге. В группе нагрузка распределяется: то, что кажется неподъемным для одного, становится выносимым, когда об этом «думают» сразу несколько человек.

И понятно почему эта истина дошла до меня только сейчас. Мир сам по себе стал огромным лиминальным пространством. Старые опоры рухнули, новые еще не построены или только начинают строится, и многие застряли в этом коридоре перехода из прошлого в будущее.

Парадоксальность ситуации в том, что есть усталость и неопределенность, старые способы справляться больше не работают, хочется закрыться от проблем внешнего мира и остаться одному. Но это неверная стратегия. Самые тяжелые переживания можно по-настоящему трансформировать только рядом с другими, а не в одиночку.

Вместо постскриптума:

— Терапия шизоидов по больше части сводится к тому, чтобы приблизить их к реальности невротиков и показать, что они живут в мире без иллюзий.

— Интересно, как можно убедить человека променять рентгеновскую установку на акварельный набор ))

Все очень просто: рентгеновская установка большая и холодная. А вот акварельный набор милый и теплый.